E-mail: Пароль:
E-mail или пароль указан неправильно
Форма Регистрации
E-mail:
Этот e-mail адрес уже занят
Пароль:
Укажите пароль
Логин:
Укажите Имя пользователя
капча
Код:
Неверно указан код
Ты можешь загрузить свою аватарку самостоятельно, либо мы можем взять её с твоей страници в одной из социальных сетей:
Аватарка Facebook:»
Аватарку получить не удалось
VKontakte:»
Аватарку получить не удалось
Twitter:»
Аватарку получить не удалось
Дополнительно
На ваш e-mail было отправлено письмо.
19.12.2013

Недетские игры судьбою ребенка

0 ком

Развод – процесс малоприятный, но довольно обыденный в нашей жизни. И, к сожалению, часто случается так, что один из родителей, расторгнув брак, продолжает воевать, используя ребенка как оружие. На этот случай, конечно, есть правоохранительные органы. Но как защитить свои родительские права, если эта вертикаль власти не просто бездействует, а грубо нарушает законодательство Украины и принимает решения, граничащие с абсурдом?


Запрет на отцовство


Тот же вопрос задает себе Владимир Машинский из Куйбышевского района (Запорожская область), которого незаконно, как он считает, лишили права видеться с дочерью. Историю Владимира можно назвать стандартной: женитьба, рождение ребенка, развод. Но борьба этого мужчины за возможность видеться со своей дочерью и принимать активное участие в ее воспитании – заслуживает отдельной статьи, ключевую роль в которой играют правоохранители.

 

Когда чета Машинских развелась, их дочери было 1,3 года. Ребенок остался жить с мамой Анной Прилепской, а Владимир навещал дочку, исправно платил алименты и, более того, давал деньги на ребенка «сверху» установленного законом содержания, а также помогал во всем по первой просьбе экс-жены. Но когда Владимир захотел свозить дочь отдохнуть на море, Анна полностью оградила ребенка от контактов с отцом и буквально заперла девочку дома. Владимир, как и раньше, приезжал наведать дочь, но его «встречала» закрытая дверь.

 

«Каких-либо весомых причин для такого поведения Анны – нет. Во всяком случае, я о них не знаю. На мой взгляд, это просто женская месть. При этом мать не считается с интересами ребенка и использует дочь в своих, только ей известных, целях. Я очень привязан к ребенку, она это знает и бьет по больному. Мои родители тоже очень любят внучку и сильно переживают из-за того, что не могут с ней видеться», – рассказал Владимир.

 

Машинский, лишенный бывшей женой возможности видеться с дочерью, обратился в Комиссию по вопросам защиты прав ребенка Куйбышевской райгосадминистрации, которая своим решением от 14 февраля 2012 года определила ему дни для свиданий с ребенком. Но Прилепская проигнорировала это решение и дальше продолжала препятствовать общению Владимира с дочерью. Кроме того, отец не мог ее забрать из садика в дни, установленные для свиданий, так как ребенок перестал посещать дошкольное учреждение. Мать девочки объяснила систематическое отсутствие ребенка болезнью.

 

Далее последовали судебные тяжбы родителей, в которых Владимир отстоял свое право видеться с ребенком. Однако Анна продолжала игнорировать решения Куйбышевкого районного суда и Апелляционного суда Запорожской области, тем самым нарушая закон.

 

Когда лишенные логики и беззаконные действия матери ребенка достигли своего апогея, в конфликт вмешались сотрудники исполнительной службы, контролирующие выполнение судебных решений. Но и они не смогли повлиять на поведение женщины. Более того, исполнители подверглись клевете со стороны Анны Прилепской, которая безосновательно обвинила их в коррупции и всячески оскорбляла. За намеренное игнорирование судебных решений, мать девочки два раза штрафовали, но она упорно продолжала прятать ребенка от отца.

 

Исполнители, собрав необходимый пакет документов, направили его в Куйбышевский РО ГУМВД Украины в Запорожской области для открытия уголовного производства в отношении Анны Прилепской.

 

С этого момента конфликт родителей перерос в трагикомедию со множеством действующих лиц.

 

«Фактическая» ошибка


Получив документы от исполнителей, следователь Куйбышевского РО ГУМВД Украины в Запорожской области Ирина Кондратенко открыла уголовное производство и внесла его в Единый реестр досудебных расследований (ЕРДР) от 25 июля 2013 года. Однако она не определила Анну Прилепскую как подозреваемую и тем самым зарегистрировала производство как «фактовое», а не «персональное». Дело в том, что нынешний Уголовно-процессуальный кодекс Украины подразумевает деление уголовных производств на «фактовые» (по факту совершения преступления неустановленными лицами) и «персональные» (в отношении установленных лиц).

 

Но как следователь могла не знать в отношении кого открывает уголовное производство, если она сама в фабуле документа указала Анну Прилепскую, как гражданку, злостно не выполняющую решение суда?

 

Ответ прост – в «фактовых» производствах нет сроков расследования, соответственно, они могут «висеть» в ЕРДР достаточно продолжительное время. Таким образом, следователь преднамеренно затянула рассмотрение производства. Надо отметить, у нее это получилось удачно – только через 3 (!) месяца орган досудебного следствия решил, что в материалах дела накопилось достаточно доказательств для вручения Анне Прилепской сообщения о подозрении. Как говорится, комментарии излишни.

 

Хождения по кругу


22 октября 2013 года следователь Куйбышевского РО ГУМВД Украины в Запорожской области Евгений Литвинов, наконец-то, подготовил сообщение о подозрении Анны Прилепской и в тот же день согласовал его со старшим прокурором Куйбышевской межрайонной прокуратуры Запорожской области Сергеем Костенко. Согласно действующему УПК Украины, следователь или прокурор должны вручить письменное сообщение о подозрении в день его составления. Прокурор Костенко возложил эту миссию на следователя Литвинова, но последний проигнорировал статью закона и не вручили сообщение о подозрении Анне Прилепской.

 

Бездействие правоохранителей побудило Владимира Машинского обратиться за юридической помощью к адвокату Михаилу Жирченко. Ознакомившись с материалами дела, адвокат подал жалобу в Куйбышевский районный суд Запорожской области на следователя Литвинова и старшего прокурора Костенко, которые не осуществили необходимые процессуальные действия.

 

На судебном заседании Литвинов рассказал, что не вручил Анне Прилепской сообщение о подозрении, потому что в этот день, якобы, находился на семинаре в ГУМВД Украины в Запорожской области. Получается, что Литвинов в один и тот же день составил это самое подозрение, согласовал его с прокурором, а потом вдруг уехал на семинар в Запорожье и не успел вручить документ подозреваемой. Отметим, что следователь в последующие дни все также продолжал «не успевать» выполнять процессуальные действия, а прокурор Костенко по неизвестной причине все также «закрывал глаза» на бездействие Литвинова.

 

Заслушав доводы обеих сторон, Куйбышевский райсуд полностью удовлетворил жалобу адвоката Жирченко и своим решением от 6 ноября 2013 года обязал следователя Литвинова и прокурора Костенко сообщить о подозрении Анне Прилепской.

 

Но Литвинов вместо того, чтобы выполнить решения райсуда и вручить подозреваемой сообщение о подозрении, 11 ноября 2013 закрыл уголовное производство, не увидев в нем состава криминального правонарушения.

 

Следователя, по всей видимости, не смутил, тот факт, что своим действием он проигнорировал решения Куйбышевской межрайонной прокуратуры Запорожской области и Куйбышевского районного суда Запорожской области.

 

Возмущенный абсурдностью действий Литвинова, Владимир Машинский подал жалобу на постановление следователя в Куйбышевский райсуд, который своим решением от 18 ноября 2013 года постановил восстановить уголовное производство в отношении Анны Прилепской.

 

Адвокат Михаил Жирченко объясняет такие действия следователя Литвинова ощущением безнаказанности:

 

«Такой подход к работе выбирается из-за безнаказанности. По-моему, следователь привык, что максимальное наказание для него – это дисциплинарное взыскание, так как система крайне редко признает ошибки своих сотрудников. Такая позиция приводит к злоупотреблениям должностным положением и зачастую граничит с преступной деятельностью. Особенно, если район находится на периферии: «Чем дальше от начальства – тем ближе к кухне»! При такой ситуации, предполагаю, следователь думает, что ему вообще ничего не грозит», – отметил адвокат.

 

Михаил Жирченко также рассказал о дальнейших действиях по защите родительских прав Владимира Машинского:

 

«На данный момент, я вижу только одно решение – действовать по процедуре, установленной законом. Если придерживаться четких сроков и пошаговых действий, которые предусматривает Уголовно-процессуальный кодекс Украины, то любому правоохранителю будет крайне трудно длительное время говорить на черное – белое. Кроме того, своими действиями мы помогаем правоохранительным органам, выявляя таких «ответственных» работников системы».


Почему следователь Литвинов идет на нарушение закона, рискуя и своей репутацией, и работой? Есть ли в его действиях личные мотивы или, быть может, финансовый интерес? Почему вышестоящие инстанции и руководство следователя закрывают глаза на сложившуюся ситуацию?


Обо всем этом читайте в материалах журналистов издания уже в ближайшее время.


Продолжение следует.


Материалы по теме:
СБУ оприлюднила записи переговорів помічників нардепів із російськими кураторами СБУ оприлюднила записи переговорів помічників нардепів із російськими кураторами
СБУ оприлюднила записи переговорів помічників нардепів із російськими кураторами
Видео выступления Президента Украины на саммите YES в Киеве
Заявление Яценюка об отставке (ВИДЕО)